Айтишник не вернул залог в 42 тысячи злотых при съезде
Помните пост про айтишника, который снимал дом с кауцией примерно в 10 тысяч евро? Оказалось, что он уже съехал, так и не вернул залог, но взял ипотеку на собственное жильё. Как же так вышло? Читайте в нашем интервью.
🟣 Но вначале — напомним про нашего собеседника
Максим, глава собственной ИТ-компании, переехал с семьёй в Варшаву в конце 2022-го. По его словам, он поначалу считал, что ненадолго — и потому снял дорогой дом в закрытом районе «Марина Мокотув».
На первых порах платил за аренду 21 тысячу злотых в месяц, плюс ещё 4 тысячи коммуналки. Потом цену удалось чуть снизить (но об этом позже). Кауция составила две месячные оплаты или 42 тысячи.
Но со временем Максим понял, что, скорее всего, останется в Польше надолго.
«В 2024-м мы непредвзято посмотрели на все страны мира и поняли, что лучше, чем в Польше, наверное, в данный момент нигде не будет, — говорит он. — То есть, окей, наверное, есть смысл получить польский паспорт. И надо решить, будем ли мы и дальше платить эту аренду и сумасшедшую коммуналку».
В итоге на семейном совете было принято решение выселяться и брать собственное жильё.
🟣 Как проходило выселение: «Никому не пожелаю»
Если резюмировать одной фразой, то это будет «крайне сложный опыт, который не то что не хотелось бы проходить самому, а вообще пожелать кому-то».
Максим описывает период выселения как паническую атаку длиной в несколько дней. Дело в том, что хозяин жилья отличался непредсказуемым поведением: в один момент он шёл навстречу и позволял продлевать аренду помесячно, пока в новом жилье шёл ремонт. А в другой — начинал кричать по поводу отсутствия роутера, который, как он потом вспомнит, сам же и попросил вернуть провайдеру при подключении оптоволокна.
Спокойствия не добавляло и то, что владелец жилья внезапно заявил — он лично приедет принимать дом из Германии. Так как, с одной стороны, жильцы подремонтировали и подкрасили, что могли, а с другой, дом, как он знал, до заселения был «в паршивом состоянии». Отчасти потому, что, как оказалось, под полом первого этажа и в одной из комнат второго долгое время стояла вода — предыдущие жильцы съехали, и вода стояла там как минимум полгода. В итоге паркет вздыбился.
Чем ближе было время выселения, тем чаще Максим писал хозяину дома письма, где отмечал: вот тут дочка разрисовала стены, вот там наклеила наклейки, которые потом сошли с краской. И каждый раз подтверждал, что исправит это, чтобы сохранить депозит.
Хозяин никак эти сообщения не комментировал. А затем, за две недели до приёмки, прислал письмо, где утверждал, что проживание беларусов обошлось ему в копеечку.
Дело в том, что Максим платил за аренду 21 тысячу в месяц только первый год. На второй договорились на 18 тысяч злотых в месяц. И затем оставшиеся до выселения полгода — на 15 тысяч в месяц в обмен на всю мебель и новые светильники, которые Максим купил в этот дом. Всё это, разумеется, было согласовано с владельцем жилья.
Но в последний момент тот подсчитал недополученную прибыль и пришёл к выводу, что недосчитался из-за этих понижений 72 тысячи злотых. А значит, кауцию вернуть ну никак не получится.
«Я понимаю, что полюбовно разойтись никак не получится, — продолжает Максим. — Сразу же иду к юристу и начинаю консультироваться. Она говорит, что сейчас самое главное — никоим словом или фразой не дать понять, что я согласен. Никаких “окей” или “договорились”. Так что я ответил, что “сейчас я бы хотел сфокусироваться на главном — сдать тебе дом, чтобы в него мог въехать новый житель”. На что хозяин ответил: “Я всё-таки в тебе не ошибся, я знал, что ты будешь согласен”.
В этот момент я был в ярости и решил, что пока арендодатель думает, будто я согласился, я просто тихонько пережду, а уже затем свалюсь как снег на голову. Просто в тот момент это было бы слишком. Потому что воевать на фоне и так повысившейся тревожности я был не готов. Хотя эти 42 тысячи нам бы пригодились, мы тогда как раз заказали кухню».
После этой переписки владелец дома «помягчел». Но всё равно — выселение было не из приятных. Он приехал вместе с женой и сыном, произнёс длинный монолог про то, как выбрался из нищеты в Суринаме, переехал в Германию и взял дом в ипотеку в Польше («а ипотека — это очень сложно, Макс»). А затем стал дотошно осматривать жильё.
Всё это время Максим, по его словам, просто ждал с пульсом под 120, когда же владелец дома наконец поставит подпись на акте приёмки. Потому что это позволило бы затребовать кауцию даже спустя несколько месяцев после выселения.
Подпись он в конце концов заполучил. Но затем, когда Максим остыл и подумал над этой ситуацией, то пришёл к следующему выводу: «Есть большая вероятность, что если я эту ментальную энергию направлю на что-либо иное помимо судебного разбирательства, то смогу заработать больше, чем выиграю на этих судебных тяжбах. Я осознанно решил в это не влезать и не повышать свою тревожность. Мне не настолько дороги эти 10 тысяч евро, как моё ментальное здоровье».
🟣 Как наш собеседник брал ипотеку: «Три раза отказывали, четыре раза дали добро»
Как уже упоминалось выше, Максим решил брать собственное жильё. Но с этим тоже возникли вопросы.
Супруги не хотели забирать дочь из частной школы и потому искали что-то вблизи Варшавы — в пределах 30 минут на машине и чтобы это был не отдельно стоящий дом (так как тогда понадобится разрешение от МВД). В итоге остановились на «шеренговце» в комплексе в Вавере, который ещё называют «зелёными лёгкими столицы». Как говорит Максим, «получили комфортное жильё в городе, которое ощущается так, будто бы мы живём в какой-то тёплой, уютной, тихой деревне».
Правда, и стоит это недёшево, больше двух миллионов злотых. У супругов была накоплена лишь часть суммы, так что было решено взять ипотеку.
С первым дорадцей им не повезло: он почему-то решил вписать в заявку, что у Максима доход в злотых (хотя деньги шли из Штатов). А потом сказал, что банку нужно показать поступления в польской валюте, иначе ипотеку не одобрят. «Потом мы узнали, что это вообще можно было не указывать — если бы нас пригласили в офис для подписи бумаг. Вместо этого дорадца пошёл по “долгой” схеме, в рамках которой банк затребовал информацию о валюте доходов», — добавляет Максим.
К счастью, беларус вышел через застройщика на другого дорадцу — англоязычного поляка по имени Роберт, который помог найти выход даже из самых сложных ситуаций.
«Ипотека была нашей историей чуть ли не год, нам три раза отказывали и четыре раза давали добро, — говорит Максим. — Это было в разных банках, в итоге ипотеку нам одобрил mBank.
Я всё же умудрился перевести доходы в злотые, теряя при этом 12% чистых денег ежемесячно. В итоге мы смогли показать, по-моему, 4 месяца истории поступлений в польских злотых и полный год, от января до декабря, ведения предпринимательской деятельности.
В один момент нам присылают уведомление, что наша ипотека одобрена. Мы уже открываем виртуальное шампанское. А через неделю — смс: «ваша заявка поставлена на паузу». Роберт проверяет — отказ.
Почему? Причин было много, и делиться ими никто не обязан. Но паршиво то, что у нас уже был предварительный договор купли-продажи, без него ипотеку просто не дают.
Наш брокер, Анна (чудесный специалист @broker_ania, я везде её рекламирую), уговорила застройщика подписать этот договор даже без взноса, который чаще всего сгорает в случае проблем. А у нас уже три раза были проблемы (например, в одном бордовом банке нам почти в лицо сказали, что с нашим цветом паспорта мы у них ипотеку не получим).
В итоге мы смогли переподписать новый договор купли-продажи и всё же получить, с третьего раза, одобрение. Но вместо затребованных 2,4 миллиона mBank предложил всего 1,6.
Что делать, нам нужно ещё минимум тысяч 500! Но, к счастью, Роберт помог ещё оформить кредит наличными. Провёл нас, поговорил со знакомыми, и нам одобрили кредит в 400 тысяч на ИП и ещё 99 тысяч как физлицу.
В итоге у меня было уже три кредита. Но на тот момент я уже не смотрел ни на что, а шёл до конца. Тут ещё интересная деталь: ближе к концу процесса с mBank наш главный заказчик, от которого шло 60% оборота, сказал, что через полгода собирается прекращать с нами сотрудничество.
Тут уже речь пошла не только про ипотеку, но и про уровень жизни, обучение дочери. Однако в тот момент я напомнил себе, что жизнь – это чудесная игра. И если я хочу наконец начать жить именно так, как говорится в этой фразе, то мне пора что-то делать в этом направлении.
И я сказал себе — всё хорошо. Написал себе на доске три цели. Первая — что я куплю этот дом. Вторая — что я выплачу ипотеку за два года. И третья — что у меня к 45 годам будут активы на $650 млн. Это, конечно, интересно, учитывая, что у нас осталось не так много до конца двух лет, а мы ещё даже не всю мебель купили. Но посмотрим».
Максим подчёркивает, что даже в момент подписания бумаг сделка угрожала сорваться. Так, вначале mBank целый месяц проверял беларусов, можно ли им открыть личный счёт для перечисления денег на ипотеку (да, уже с одобренной ипотекой). Потом, когда апрув уже был получен, возникли вопросы при оформлении документов на владение домом.
«В Польше недвижимость сначала переписывается, а потом оплачивается, — поясняет Максим. — И вот у нас уже на руках документы, которые подтверждают владение, и ребята от застройщика спрашивают — а вы сразу сумму переведёте? А у нас там какой-то ещё перевод из Беларуси шёл на пару десятков тысяч долларов. Мы ответили, что готовы выслать сегодня вот столько. Они сразу триггернулись: “Как, почему столько, а почему не все! У вас ведь уже права на владение!”. А мы даже не знали, что в Польше это всё вот так вот работает.
Нам даже никто не сказал, что 12 тысяч злотых нотариусу нужно везти кэшем в день подписания. Хорошо, что наш брокер, Анна, позвонила своему партнёру, и тот просто привёз всю сумму наличкой. В тот момент я подумал, что риелтор отработала свои деньги втройне».
Но, в конце концов, вся эта нервотрёпка завершилась, и сейчас семья живёт в тихом зелёном районе, где можно встретить дзика или косулю. На сегодня, по словам Максима, они платят в общем $5 тыс. с учётом выплаты ипотечного кредита плюс 800 злотых страхования жизни в месяц, а также коммуналки. Это на тысячу дешевле, чем было с арендой.
«В любом случае, продажа дома с ипотекой в Польше — это легко, из-за чего уже не чувствуется каким-то якорем. То есть будет понятно, как это провернуть, если мы всё же решим куда-то уехать», — подытоживает он.
