«Не конец света». Программист дважды потерял работу и теперь ночует в варшавской «ночлежке»

В Польше есть так называемые «Punkty pomocy dla osób w kryzysie bezdomności», где люди без крова над головой могут переночевать, зарядить телефон, помыться-постираться и бесплатно поесть.

Один из наших читателей, фронтенд-разработчик Алекс, обратился в подобную «ноцлеговню» в Варшаве, когда попал в сложную жизненную ситуацию. Он рассказал DZPK, как устроен быт и что нужно из документов.

Как программист попал в «ночлежку»

Цепь несчастливых случайностей. Вначале программист работал в беларуской ИТ-компании. Два года назад проект закончился, и он нашёл другую фирму — продуктовый «единорог». Но там тоже прошли сокращения, и беларус остался без работы: «Я мидл-фронтендер с пятью годами опыта. То есть, найти новую работу довольно тяжело».

«Сначала у меня наступил какой-то психологический кризис, — признаётся Алекс. — Я пробовал делать собственные проекты — вроде ИИ-учителя английского, ИИ-компаньона. Но доходов они почти не приносили.

Время от времени проходил собесы, но массовым спамом CV не занимался. В итоге протянул так года полтора. Сейчас тоже активно рассылаю СV-шки по вакансиям, связанным с ИИ-продуктами, внедрением автоматизации. Однако везде ищут сеньоров».

Первое время наш собеседник «одалживал деньги у знакомых, продавал вещи». А затем решил переехать из Вроцлава в Варшаву — поближе к знакомым и новым вакансиям. «Но здесь тоже особо ничего за полгода не нашёл», — подытоживает он.

Как нашёл эту «ночлежку» в Варшаве

Алекс признаётся, что поначалу планировал снимать хостел. Но «денег особо нет, снять жильё не за что».

«Ну, что делать? Пошёл на улицу, пообщался со своим ИИ-агентом, и он мне выдал телефон, куда звонить за помощью, — рассказывает айтишник. — Ночь пробыл на улице (тогда было тепло, градусов 20). А потом обратился по адресу, что дал мне ИИ — Konwiktorska 3/5, Warsaw.

Приехал в 8 утра. Подождал полчаса, вышел соцработник. Я ему рассказал, что так и так, вот такая ситуация — негде жить, нет семьи.

Меня спросили, где я замельдован, я ответил, что во Вроцлаве. И это, как бы, проблема, потому что если ты замельдован во Вроцлаве, то и решать такие вещи тоже должен во Вроцлаве. Максимум — они могут направить меня в “ночлежку”».

Тут собеседник подчёркивает, что соцслужбы просят документы — «в первую очередь их интересует сталы мельдунек и работал ли я в Варшаве». Он дал карту сталого побыту — как подтверждение личности. Но что делать тем, у кого даже карта просрочена, не подскажет. 

Как устроиться на ночёвку

Далее беларус по совету соцработника пришёл в здание, который называется «Noclegownia z ogrzewalnią».

Двери открываются в семь вечера, и к этому часу на улице уже выстраивается очередь. Если места закончатся раньше, чем желающие, то придётся ехать по двум другим адресам. «Есть номер телефона, по которому ты можешь позвонить и узнать заранее, есть ли у них свободные кровати. Но забронировать нельзя», — предупреждает Алекс.

Далее начинается оформление — ты подаёшь документ, и твои данные вносят в систему. Выдают бумажку с правилами, где сказано, что нельзя употреблять алкоголь (и приходить пьяным тоже — на входе стоит алкотестер), скандалить и совершать прочие мешающие соседям вещи. Курить — по расписанию снаружи, есть — только на кухне. Ну и поддерживать чистоту, конечно.

Если проштрафился, то тебе «минус». Три минуса — и попросят на выход.

«Ещё важная деталь. Если пропустить три дня в месяц, то потеряешь закреплённое за тобой место. Тебе дадут 7 дней, чтобы забрать вещи — или их утилизируют. Может, потом и запишешься заново, но уже вряд ли будешь в приоритете» — добавляет беларус.

Что по быту

Ночуют жильцы в общих спальнях. По прикидкам собеседника, в комнате где-то метров 15, восемь двухъярусных кроватей, и таких комнат на первом этаже — четыре штуки. На втором живут женщины (но в «ночлежке» процентов 80 именно мужчин).

«На улице есть шкафчик, где оставляешь рюкзак, — продолжает Алекс. — Можешь взять с собой в спальню личные вещи: зубную щётку, пасту, телефон, зарядку — потому что смартфон всегда должен быть заряжен на случай, если тебе позвонят. Но между кроватями пространства немного, буквально полметра-метр».

Какие обязанности: уборка, визит к соцработнику

Туалет-душ общие, на этаже — шутки четыре. Всё это убирается по очереди самими жильцами: «Вносишь себя в список и убираешь утром, часов в 8, или вечером, часов в 10. Человек восемь выходит на уборку — от мужчин человек шесть и от женщин двое». 

Каждый новый жилец обязан в течение семи дней зайти к соцработнику. И Алекс уже это сделал: «С поисками работы они не помогают — это к ужонду працы (хоть я довольно скептично настроен к подобным организациям). Но у них стоит что-то вроде стенда с компьютером, где можно посмотреть вакансии.

Соцработник помогла сделать так, что я смогу жить в “ночлежке” ещё месяц. Дала адреса, куда стоит сходить, получить информацию».

Что с другими жильцами?

«Контингент довольно-таки разный. Видно, что людей жизнь помотала. Некоторые с тюремными татуировками. Но есть и самые обычные люди по виду.

Все поляки. Украинцев и беларусов пока не встречал. В основном в возрасте “за сорок”, молодёжи — всего пару человек. Не агрессивные. Я вначале думал, что там будет иерархия, но нет. Вполне нормальные, хоть, признаться, с соседями я пока особо не общался. Так, перекинулся парой слов на уборке.

То ли из-за диалекта, то ли из-за особенностей говора, однако некоторых собеседников понять сложно — хоть польский я знаю. Приходится напрягаться. И, признаюсь, столько выражений "кур*а" ещё ни разу не слышал. Вставляют через каждые 2-3 слова».

В «ночлежке» везде развешаны плакаты о вреде алкоголя. И, по мнению Алекса, сюда в основном попадают как раз из-за проблем с крепкими напитками. Что же касается запрещённых веществ, то, считает он, «наверняка люди чем-то подобным балуются» несмотря на вездесущие камеры: «Но я таким не увлекаюсь, не знаю».

Что по еде?

Всё бесплатно и кормят два раза — утром и вечером. 

«Приходишь на кухню, подходишь к окошку, и тебе выдают пластиковый лоточек из кейтеринга, — описывает беларус. — На ужин — гарнир, котлета или рыба, овощи, салат. В принципе, неплохо.

Утром в основном бутерброды. Небольшой кусочек масла, грамм 10, и либо овощи, либо кусочек мяса, либо творог. Можешь сделать себе чай на кухне. Кофе нет, но люди приносят его с собой. Есть можно только на кухне».

А днём можно сходить в специальную столовую по другому адресу — «jadłodajnie». Но там уже придётся молиться перед едой.

Что по дальнейшим планам?

Сейчас Алекс проходит собеседование в ИИ-стартап по автоматизации бизнеса — «из пяти этапов, пока на втором». И в качестве хобби генерирует музыку — говорит, денег не приносит, но ему «по кайфу». 

План Б — пойти в «Жабку». Но тут две сложности: первое — в «ночлежку» надо приходить к семи вечера, и если Алекса поставят на вторую смену, то он физически не успеет и придётся ночевать на улице. Второе — надо ещё оформить «санэпидемкнижку» (Orzeczenie do celów sanitarno-epidemiologicznych), что требует времени, сил и 400 злотых (прим DZPK: можно оформить и за 220 злотых).

«Думаю, в будущем, по мере развития автоматизации, попавших в схожую ситуацию людей будет всё больше, — уверен программист. — Я долго боялся обратиться за помощью, думал, что уже никто и ничего мне не поможет. Тянул, распродавал вещи — а лучше бы сохранил и сразу обратился в социальную службу, и понял, как работает эта система».

Сейчас беларус подал заявление на «круглосуточное схрониско» — это социальное жильё, где не надо уходить на весь день. Однако его предоставят именно во Вроцлаве — по месту последнего сталого замельдования, хоть в Варшаве работы и больше: «Как мне сказали, заявление будут рассматривать до 2 месяцев. Хотя, зная Вроцлав, может, и дольше».

Но, подытоживает Алекс, его история — пример, что даже если вы оказались на улице, это ещё не конец света.